Рисунки наши пред­ставляют


не значит уметь ценить произведение. Потому-то судий всегда так много, а ценителей истинных - так мало. Чеканка фигур, вообще изображений человека, химер, зверей и т. п., вот самая трудная зада­ча в деле изящного серебряного мастерства. Рисунки наши пред­ставляют только две вазы, стоящие каждая 1300 р. с.; делаются еще другие, меньшие. Независимо от величины (в один аршин) досто­инства их заключаются в превосходной пропорциональности и в согласии украшений с формою, деталей с общею идеею. Разглядев внимательно, вы увидите, какое тут богатство орнаментов, но они нисколько не обременяют легкости контура; в отчетливой отчеканке украшений и правильности рисунка фигур, в которых, по мнению нашему, лепка и мягкость чекана могли бы сделать честь иному про­изведению скульптуры этого рода; в чистоте отделки и приличном распределении полира и мата (что требует большого художническо­го вкуса и опытности), на игре черноты и глянцовитости первого с противоположною ему металлическою белизною последнего осно­вывается действие производимого на глаз эффекта»49.

В 1850-е годы фирма «Сазиковъ» продолжала создавать при­зы для Царскосельских скачек. Так, к состязаниям 1852 года по рисунку П. И. Сазикова была исполнена большая серебряная ваза с богатым декором и скульптурным изображением скачущего во весь опор наездника50.

В 1847-1848 годах по Высочайшему заказу петербургское отделе­ние фирмы «Сазиковъ» исполнило пару канделябров для Лондонского сервиза, предназначавшихся в пару к канделябрам работы английских мастеров Сторра, Мортимера и Ханта, изготовленным несколькими годами ранее51. Пресса с восторгом встретила новые произведения «русского артиста»52, благодаря чему мы имеем подробное представ­ление об их внешнем виде53. «Канделябр весь литой из чистого сере­бра. Образец его был вывезен из Лондона, от известного торгового дома Стора и Мортимера, и следовательно Русскому фабриканту принадлежит только честь художественной работы этого заме­чательного произведения (курсив мой. - Е. Л.). Оно представляет на треугольной базе дикую скалу, где возвышается толстая виноградная лоза, которой ветви, сплетшиеся и перевитые виноградом, служат

— 124 —

Е. А. Лукьянов

подсвечниками для тринадцати свеч. Подле самой лозы изображен олень, настигнутый и уже схваченный четырьмя собаками. С трех сторон скалы помещены Императорские гербы. Вышина канделябра 1 аршин 10 вершков. Всё вместе это представляет необыкновенно-прекрасную общность, которая при первом взгляде поражает лег­костью и разнообразием фигур, а при подробном рассмотрении заставляет изумляться изяществу и отчетливости в отделке каждой подробности. В этом отношении, вся честь принадлежит Русским художникам, потому что такой работы уже нельзя назвать обыкно­венным мастерством. Группа оленя и собак отчеканена с такою отчет­ливостью, что, не говоря о правильности размеров и анатомической верности в изображении животных, каждый, напрягшийся в отча­янной борьбе мускул их представлен с поразительною естествен­ностью. Мягкость шерсти на животных, кора и листья виноградной лозы, всё, до малейшей подробности, выполнено с равною тщатель­ностью. Каждое искусство имеет свои условия; так и здесь, сбли­жение удивительной белизны мата с блестящею полировкою упо­треблено чрезвычайно эффектно, и придает какой-то вид богатства и живости целому произведению. Большою трудностью в исполне­нии его было то, что безотступно следуя данному образцу, невозмож­но было позволить себе ни малейшего облегчения в подробностях, а для этого надлежало иметь все средства Английских художников. Г. Сазиков выполнил трудную задачу с совершенным успехом, и, глядя на новое его произведение, можно сказать, без всякого преу­величения, что наше чеканное и вообще серебряных дел искусство достигло равной степени с искусством первейших в Европе масте­ров. Такое сознание тем приятнее, что работа над канделябрами, про­должавшаяся больше года, произведена исключительно Русскими мастерами, под непосредственным наблюдением г-на Сазикова»54.


Дата: 23.04.2015 16:53