Это относится прежде


13. Постройка 1961г., архитектор Ф. Джонсон.

14. A+U.№378. Tadao Ando. стр. 24-27/ Japan Architect Yearbook 2003, стр. 115-116// AD. №3, 2003 г., стр. 114

15. Любимая тема Андо, также используемая им в музее Пулитцеровского фонда.

— 63 —

Архивы культуры

Г. Г. Шпет

Отзыв о работе Н. В. Самсонова «История эстетических учений». Т. I.

Настоящий том сочинений Самсонова обнимает историю эсте­тических учений, начиная с античной древности и до Канта исклю­чительно. На русском языке это - первое произведение по истории эстетики, написанное компетентным представителем философ­ской науки. Философский подход к своим темам автор сам ценит и не упускает из виду в своем изложении ни связи эстетики как нау­ки с философией, ни зависимости отдельных эстетических теорий от общего философского учения их представителей. И хотя основ­ная философская идея, которая проникала бы все изложение авто­ра, осталась для рецензента неясной, тем не менее надо надеяться она будет еще выражена автором explicite в заключение его труда.

Большим достоинством работы является почти неизменное стремление автора обращаться к первоисточнику. Однако он допу­скает некоторые отступления от этого общего своего правила, и об этом нельзя не пожалеть - не только принципиально, но и потому, что соответствующие главы книги Н. В. Самсонова способны вызвать у читателя недоразумения. Это относится прежде всего к одной из наиболее интересных и важных глав его книги излагающих эстети­ческие теории немецких рационалистов XVIII века. Излагая теории вольфианцев Баумгартена и Мейера, автор совершенно основатель­но реабилитирует их от упреков в схоластицизме, упреков популяр­ных, но основывающихся на некоторых исторических предрассудках

— 50 —

© Г. Г. Шпет, 2010

Г. Г. Шпет

и ходячих мнениях, а не на знакомстве с вопросом. Однако вместо того, чтобы обратиться к самим источникам, автор оперирует с иссле­дованиями о них, и приходит к своим выводам путем утомительно-кропотливого сопоставления мнений и суждений современных исследователей. Вследствие такого приема его выводы оказываются не только неполными, но, как мне думается, и не точными. Так, при­знавая значение Мейера и зная, что сочинение этого последнего, хотя вышло и раньше «Эстетики» его ученика Баумгартена, но значитель­но разработаннее по содержанию и яснее по изложению, чем назван­ная «Эстетика», автор тем не менее не счел нужным заручиться сви­детельством самого Мейера - (кстати отметить, в Предисловии к своему сочинению прямо указывающего и на отношение к учителю), - а предпочитает передавать суждения о нем. Между тем, обраще­ние к Мейеру, с одной стороны, сократило бы и упростило изложение автора, а, с другой стороны, вынудило бы его обратиться к другим сочинениям того же Мейера, и, между прочим, к его Метафизике, третья часть которой, Психология, 1) дала бы новый материал для его выводов, и, 2) устранила бы ряд недоумений, которые явились у само­го автора и которые передаются также и читателю. Быть может, озна­комление с Психологией Мейера привело бы автора и к ознакомле­нию с психологией Вольфа, которого ведь не случайно вольфианцы называли основателем немецкой психологии. Все это в целом важно с точки зрения самого автора, придающего психологическим теори­ям, в частности учению о фантазии, в обосновании эстетических уче­ний весьма видное место, и тем не менее игнорирующего развитие психологии в XVIII веке в Германии. Но еще важнее это для суще­ства дела. Я сомневаюсь, чтобы по привлечении указанного материа­ла автор повторил с прежней категоричностью ходячее мнение, будто «суть обоснования эстетики в Вольфовой школе заключается <...> в гносеологической стороне дела» (485-486). Слухи о «логицизме» Вольфовского рационализма пора бы рассеять!..1 Далее, сомневаюсь, чтобы определения, которые автор мог бы найти у Вольфа и вольфи-анцев, в том числе у Мейера, позволили ему настаивать на том, что «сенситивное» познание у них тожественно «интуитивному» (напри­мер, 486, и в других местах), и тем более на том, что «cognition sen­


Дата: 23.04.2015 16:53